Милорад Мажич, возглавляющий департамент судейства и инспектирования РФС, дал жесткую оценку работе арбитров в матче 21-го тура РПЛ между «Зенитом» и «Спартаком». По его словам, нападающий петербуржцев Александр Соболев должен был покинуть поле досрочно — эпизод с участием полузащитника красно‑белых Наиля Умярова, по мнению функционера, тянул как минимум на второе предупреждение.
Речь идет о моменте, в котором Соболев в борьбе с Умяровым использовал корпус, но при этом, как отметил Мажич, действовал рукой в «безрассудной манере». По регламенту подобные действия, если игрок уже имеет желтую карточку, трактуются как повод для второго предупреждения, а значит — и для удаления с поля.
Мажич подчеркнул, что судейская бригада не отреагировала должным образом:
по его словам, и главный арбитр встречи, и резервный судья не обратили внимания на использование руки, сосредоточившись только на силовой борьбе корпусом. Именно это, по оценке главы судейского департамента, и стало ключевой ошибкой.
Он подробно пояснил свою позицию: Соболев, по его мнению, не просто шел в жесткий единоборный эпизод, а применил руку так, что это выходило за рамки допустимой борьбы. В регламентах такие действия нередко квалифицируются как игра в опасной или безрассудной манере. Для игрока, уже имеющего предупреждение, подобный фол в большинстве случаев ведет к показу второй желтой карточки, которая автоматически превращается в красную.
«Это должна была быть вторая желтая карточка за использование руки в безрассудной манере. Следовательно, Соболев должен был быть удален с поля», — именно так сформулировал свою оценку Мажич в эфире программы «Правила игры» на спортивном телеканале. Он отдельно акцентировал, что речь идет не о спорном или пограничном эпизоде, а о конкретной судейской ошибке, которую необходимо признавать и разбирать.
На игре в Санкт‑Петербурге работала опытная судейская бригада. Главным арбитром был назначен Сергей Карасев, ему помогали ассистенты Алексей Лунев и Алексей Ермилов. Резервным судьей выступал Инал Танашев. Система видеопомощи арбитрам также была задействована: за ВАР отвечал Сергей Иванов, его ассистентом по видеопросмотру был Антон Фролов. Инспектором встречи назначили Вячеслава Харламова. Тем не менее, несмотря на наличие полного комплекта судей и технологии видеоповторов, спорный момент остался без надлежащей оценки.
Сам матч завершился победой «Зенита» со счетом 2:0. Оба мяча хозяева забили с 11‑метровой отметки. Таким образом, игра и без того оказалась насыщенной судейскими решениями, напрямую влияющими на исход встречи: два пенальти, жесткая борьба, эмоциональный фон и высокий статус противостояния сделали работу арбитров особенно пристально обсуждаемой.
Слова Мажича добавили веса дискуссии вокруг судейства в этом матче. Когда руководитель департамента открыто называет конкретный эпизод ошибкой и указывает, что игрок должен был быть удален, это становится важным сигналом как для самих арбитров, так и для клубов. Подобные публичные комментарии показывают, что решения судейства не остаются без внутреннего анализа и разбора.
Особое значение ситуация с Соболевым приобретает еще и потому, что речь идет о центральном форварде команды, вокруг которого строится атакующая игра. Удаление нападающего в ключевой отрезок матча могло кардинально повлиять на динамику встречи, тактику «Зенита» и баланс сил на поле. С учетом того, что к тому моменту игра уже проходила в высоком темпе и с заметным перевесом хозяев по владению и моментам, потеря одного из лидеров атаки стала бы серьезным испытанием для петербуржцев.
Если рассматривать эпизод с позиции современных тенденций в судействе, становится заметно, что в последние годы особое внимание уделяется именно использованию рук в борьбе. Удары, толчки, захваты, даже если они совершаются в борьбе за мяч, оцениваются строже, особенно при высокой интенсивности контакта. В этой логике слова Мажича выглядят следованием общему вектору: судьи должны жестче реагировать на опасные действия, даже если они происходят в рамках динамичного игрового эпизода.
Отдельно стоит отметить и роль ВАР в подобных ситуациях. Технология видеоповторов внедрялась как инструмент для исправления очевидных ошибок судей в ключевых эпизодах — связанных с пенальти, голами и удалениями. В данном случае, по оценке главы судейского департамента, эпизод с Соболевым как раз подпадает под категорию, где ВАР мог бы вмешаться и подсказать главному арбитру необходимость пересмотра решения. Однако вмешательства не последовало, что поднимает вопрос не только о трактовке конкретного момента, но и о критериях использования видеопомощи.
Такие случаи становятся материалом для последующих разборов внутри судейского корпуса. Обычно подобные эпизоды детально анализируются на обучающих семинарах: рассматриваются повторы с разных камер, обсуждается позиционирование арбитра, его линия обзора, взаимодействие с ВАР, а затем формируется единая рекомендация — как следовало действовать в аналогичной ситуации. Высказывание Мажича фактически фиксирует официальную позицию: в похожих эпизодах судьи в будущем должны будут показывать вторую желтую карточку.
С практической точки зрения для игроков это тоже важный сигнал. Нападающим и полузащитникам стоит учитывать, что даже в жесткой силовой борьбе излишнее использование рук будет оцениваться более строго, особенно если они уже «висят» на желтой карточке. Порой одно импульсивное движение локтем или рукой в сторону соперника может обернуться удалением и повлиять не только на конкретный матч, но и на последующие встречи из‑за дисквалификации.
Для клубов подобные разборы — повод еще раз обратить внимание на дисциплину футболистов и правильно выстраивать работу с ними. Тренерскому штабу важно напоминать игрокам, как изменились трактовки различных нарушений, и объяснять, какие действия нельзя допускать в единоборствах. В условиях, когда каждая ошибка может стоить очков в турнирной таблице, контроль эмоций и понимание судейских критериев становятся частью профессионализма.
Наконец, для болельщиков и экспертов открытая позиция главы судейского департамента помогает лучше понять логику оценки спорных моментов. Признание ошибки не отменяет результата матча, но добавляет прозрачности системе: становится ясно, какие решения в дальнейшем будут считаться правильными, а какие — нет. Это снижает уровень недоверия и позволяет выстраивать более конструктивный диалог вокруг судейства, опираясь не только на эмоции, но и на официальные разъяснения.