Допинговый скандал разгорелся вокруг Олимпиады-2026 еще до зажжения огня на стадионе. Италия, которая готовится принимать Игры в Милане и Кортина-д’Ампеццо и изо всех сил пытается показать себя образцовой хозяйкой, внезапно получила крайне неприятный удар по имиджу: биатлонистка Ребекка Пасслер провалила допинг-тест. В ее пробе обнаружен запрещенный препарат летрозол.
Ирония ситуации в том, что турнир, который еще даже не стартовал, уже сопровождается громким скандалом. Если бы подобная история случилась с российской спортсменкой, реакция мирового спортивного сообщества наверняка была бы максимально жесткой, с привычными обвинениями в «системности» и требованиями тотального наказания. Теперь же под ударом оказалась страна-хозяйка Игр, которая сама много лет занимала жесткую позицию в вопросах борьбы с допингом.
Ребекке Пасслер всего 24 года. Она не звезда масштаба Доротеи Вирер или Лизы Виттоцци и пока не относится к числу первых лиц мирового биатлона. Но в юниорском возрасте итальянка считалась одной из самых перспективных спортсменок страны: пять медалей юниорских чемпионатов мира, еще две – с юношеского первенства планеты. Взрослая карьера развивается куда менее стремительно: личных подиумов на Кубке мира у нее пока нет, в элите она скорее запасной, чем безусловный лидер.
Тем не менее тренерский штаб включил Пасслер в расширенный состав на домашнюю Олимпиаду. Логика была понятна: в индивидуальных гонках ставка делается на признанных лидеров, а вот эстафеты – хороший шанс для молодежи проявить себя и зацепиться за медаль. На родных трассах, с поддержкой трибун, при удачном раскладе Ребекка вполне могла вернуться с Игр как минимум с одной наградой. Теперь этот сценарий под большим вопросом.
Ключевой эпизод – допинг-проба от 26 января. В ней аналитики выявили следы летрозола. Это вещество относится к группе ингибиторов ароматазы и запрещено к использованию спортсменами, поскольку может влиять на гормональный фон и опосредованно помогать в восстановлении и наборе мышечной массы. Для антидопинговых служб наличие летрозола в организме – серьезный сигнал и потенциальное основание для дисквалификации.
Факт того, что спортсменка из страны-хозяйки Игр попалась на запрещенном препарате за считаные месяцы до Олимпиады, выглядит особенно болезненно. Сравнения с Сочи возникают сами собой. На зимней Олимпиаде 2014 года первый допинг-кейс всплыл лишь на последней неделе соревнований, и тогда речь шла о немке Эви Захенбахер-Штеле. Теперь же скандал вспыхнул заранее, и сразу вокруг команды хозяев.
При этом у итальянцев есть и один важный аргумент в свою пользу: выявили нарушение не международные структуры, а национальная антидопинговая система. Это означает, что внутренняя проверка действительно работает и не пытается «прикрыть своих». Для имиджа страны это частичное смягчение удара: можно говорить не только о провале, но и о готовности честно разбираться с проблемами, даже если они касаются собственных спортсменов.
Глава Федерации зимних видов спорта Италии Флавио Рода уже дал понять, что бросать Ребекку на произвол судьбы никто не собирается. По его словам, Федерация намерена детально изучить обстоятельства дела и сопровождать спортсменку на всех этапах разбирательства. В руководстве подчеркивают: важно не только формально констатировать наличие запрещенного вещества, но и понять, каким образом оно оказалось в организме, чтобы избежать возможных ошибок и несправедливых решений, которые могут разрушить карьеру спортсменки и нанести удар по репутации самой Федерации.
Одна из линий защиты, которую, вероятно, попытаются использовать юристы, связана с версией о пищевом происхождении препарата. Известно, что следы летрозола в ряде случаев могут обнаруживаться в продуктах животного происхождения, в частности в коровьем молоке. Защитная стратегия может строиться вокруг аргумента о непреднамеренном попадании вещества из внешнего источника. Подобные версии в истории спорта уже выдвигались и по другим веществам – от кленбутерола до анаболических стероидов – однако далеко не всегда они убеждали судей.
Отдельный важный момент – присутствие на Играх выездной панели Спортивного арбитражного суда. Это значит, что часть процедур по рассмотрению подобных споров может быть ускорена прямо на месте проведения Олимпиады. Теоретически, если защите Пасслер удастся оперативно представить весомые доказательства своей правоты или хотя бы неумышленного характера нарушения, можно не исключать вариант, при котором она все-таки получит допуск к старту на домашней трассе. Но это именно теория: практика допинговых дел показывает, что такие истории крайне редко заканчиваются быстро и благоприятно для спортсмена.
Пока сама Ребекка Пасслер хранит молчание и публичных заявлений не делает. Возможно, это осознанная тактика: каждое невзвешенное слово в условиях давления СМИ и общественного интереса может быть использовано против нее. Юристы и представители Федерации, скорее всего, советуют выждать, дождаться официальных документов и лишь затем выступать с детальной позицией по делу.
На фоне этого скандала встает куда более широкий вопрос: как сегодняшняя ситуация скажется на восприятии всей Олимпиады в Италии? Организаторы и так сталкиваются с критикой – от срывов сроков строительства до спорных решений по церемониям и развлекательной программе. Теперь к списку проблем добавляется допинг. Для оппонентов Игр это готовый повод говорить о «двойных стандартах» и напоминать, как жестко в свое время относились к российским спортсменам.
Сравнение с российским кейсом неизбежно. На протяжении последних лет вокруг спорта из России выстроена атмосфера тотального подозрения: подключались государственные структуры, вводились коллективные санкции, спортсменов наказывали целыми командами, ограничивали использование флага и гимна. На этом фоне история с итальянской биатлонисткой выглядит лакмусовой бумажкой: станет понятно, одинаково ли строгие подходы применяются к разным странам или в одних случаях допускаются послабления, а в других – нет.
Однако важно помнить: каждое допинговое дело имеет свои нюансы – от типа препарата до обстоятельств сдачи проб. Летрозол – не самый очевидный «классический» допинг для биатлона вроде ЭПО или стимуляторов выносливости. Это усложняет как оценку намеренности, так и формирование санкций. Для спортивного мира будет принципиально важно увидеть максимально прозрачное расследование, без попыток замести вопрос под ковер ради спокойствия хозяев Игр.
Самой Италии сейчас нужно действовать в двух направлениях. С одной стороны – полноценно сотрудничать с антидопинговыми структурами, не создавая впечатления, что спортсменку любой ценой пытаются «отбелить» ради сохранения имиджа страны. С другой – обеспечить Пасслер юридическую и психологическую поддержку, чтобы, если вдруг речь действительно идет о неумышленном нарушении, спортсменка не стала просто очередной жертвой жесткой системы, где каждое отклонение трактуется только в одну сторону.
Для болельщиков и самой биатлонной сборной это удар и с точки зрения атмосферы. В олимпийский сезон команда входит под давлением, с лишними вопросами на пресс-конференциях и дополнительной нервозностью вокруг каждого анализа. Тренерам придется продумывать, как минимизировать влияние скандала на подготовку лидеров, чтобы внимание не сместилось от спорта к бесконечным обсуждениям допинга.
Не стоит забывать и о том, что подобные истории бьют по доверию к биатлону в целом. Вид спорта, который и без того живет под пристальным вниманием из-за сложной комбинации нагрузки, стрельбы и высоких требований к функциональной готовности, в очередной раз получает удар по репутации. Каждый новый случай допинга – это повод для скептиков говорить, что «без запрещенки на таком уровне не выступают», а для молодых спортсменов – сигнал о том, насколько жестко будет контролироваться их путь в элиту.
Парадокс в том, что именно честная и жесткая антидопинговая система, которая своевременно выявляет даже спорные кейсы, в долгосрочной перспективе может укрепить доверие к спорту. Но только при одном условии: правила должны быть едины для всех, независимо от страны, статуса турнира или фамилии спортсмена. История с Ребеккой Пасслер станет очередным тестом для мирового спортивного правосудия – на последовательность, прозрачность и отсутствие политических двойных стандартов.
А пока Италия, еще не успев официально открыть Олимпийские игры, уже оказалась в центре допингового скандала. Как бы ни завершилось дело Пасслер, тень от него на старте Игр уже брошена. И теперь задача организаторов и спортивных властей – сделать так, чтобы разговоры о допинге не окончательно затмили собой то, ради чего весь мир собирается на Олимпиаде, – честную и зрелищную борьбу лучших спортсменов планеты.